Статья "На все науки цензор?" академика Натальи Бехтеревой опубликована в "Российской газете".

От Редакции.

Есть старая и мудрая поговорка: умный учится на чужих ошибках, а дурак — на своих. История председателя комиссии по борьбе со лженаукой академика Э.П. Круглякова очередное тому подтверждение.

Он попал в дурную компанию дьякона А. Кураева, который, с одной стороны, не гнушается позитивизма — ярого противника христианства, а с другой, — ставит во главу угла истинности научного знания публикацию в реферированном журнале. Э.П. Кругляков мечтает, что он умнее лорда Томсона, который считал, что физика завершена, умнее многих великих физиков 20 столетия, которые считали, что физика крайне далека от понимания реальности происходящего. Светоч РАН не может ошибиться, поэтому ему не нужно знать историю ошибок и заблуждений великих ученых. Он хочет учиться на своих ошибках. Он хочет, чтобы его ошибки были оплачены из бюджета, нами - всеми гражданами России, налогоплательщиками. Он хочет, чтобы никто, кроме него самого, не спрашивал его за истраченные РАН впустую миллиарды рублей, за химеры и аферы РАН. А для этого нужна очередная дымовая завеса под названием «Комиссия по борьбе со лженаукой»
Редакция публикует ответ Н.П. Бехтеревой на инсинуации Э.П. Круглякова в ее адрес.

Четвертого июня, в N 20(23) мы («Российская газета», - прим ред АТ) поместили выдержки из сообщения, которое сделал на Президиуме РАН председатель Комиссии по борьбе с лженаукой академик Э.П. Кругляков.

Псевдоученые, дельцы от науки и откровенные аферисты, как утверждает автор, наносят серьезный ущерб обществу, поскольку проникли даже в высшие эшелоны власти, включая силовые структуры. Решаясь на такую публикацию под дискуссионной рубрикой «Позиция», мы тем самым рассчитывали вызвать читателей на откровенный разговор.

Первые отклики, большей частью эмоциональные, последовали незамедлительно.

Не заставило себя ждать и письмо из Санкт-Петербурга, подписанное научным руководителем Института мозга человека Российской академии наук, руководителем Лаборатории нейрофизиологии мышления, творчества и сознания, академиком РАН и РАМН Натальей Петровной Бехтеревой.

Публикуем его с незначительными, согласованными с автором сокращениями. И, безусловно, надеемся на продолжение диалога.

---

Поводом для этого письма послужили опубликованные в «Российской научной газете» фрагменты из выступления председателя Комиссии по борьбе с лженаукой академика Круглякова на заседании Президиума РАН (где, кстати, его серьезно критиковали)

Современная физика практически закончена, и за исключением двух облачков ничто не омрачает ее горизонта — приблизительно так было сказано крупнейшим ученым лордом Кельвином на рубеже XIX и XX веков. К концу XX века у многих физиков опять сложилось мнение, что здание физики построено почти до конца, если не считать маргинальных проблем. Может быть, именно поэтому некоторые из них взяли на себя право и почетную обязанность цензоров от науки — стали «проверять на правильность» гипотезы из разных областей познания.

Поводом для этого письма послужили опубликованные в «Российской научной газете» фрагменты из выступления председателя Комиссии по борьбе с лженаукой академика Круглякова на заседании Президиума РАН (где, кстати, его серьезно критиковали). Академик-физик считает для себя возможным безапелляционно критиковать физиологическую статью. Заметим: опубликованную не где-нибудь, а в реферируемом уважаемом журнале РАН «Физиология человека» — статью, прошедшую все полагающиеся в таких случаях процедуры.

Та публикация действительно была посвящена исследованию весьма необычного феномена. Несколько лет назад в Институт мозга человека РАН обратились люди, претендовавшие на способность видеть с завязанными глазами. Причем такой способностью обладал не один человек, а группа молодежи, и этим навыкам, как утверждалось, можно было научиться. Конечно, проще всего было бы ответить, что мы занимаемся высокими научными проблемами и нас не интересуют дилетанты.

Однако многолетний опыт изучения мозга человека приучил нас с уважением относиться к его возможностям.

Наш коллектив уже более пятидесяти лет изучает исключительно сложную и увлекательную проблему — мозговую организацию высших функций здорового и больного мозга человека. Мы исследуем, что происходит в мозге человека при восприятии и произнесении слов, при различных мыслительных процессах.

Изучаем взаимодействие эмоций и мышления, пытаемся понять, как мозг воспринимает боль и движения, где формируются иллюзии...

Эти фундаментальные знания позволяют нам разрабатывать новые, высокотехнологичные методы лечения. Мы сотрудничаем с различными научными институтами. Наши работы широко известны и опубликованы в отечественных и зарубежных реферируемых журналах. На этом пути нами было обнаружено много интересного, в том числе и такого, что не сразу было принято научным сообществом. Но все-таки было принято. Поэтому вполне естественно, что к нам нередко обращаются люди со смелыми идеями и предложениями. Некоторые из них мы проверяем.

«Предварительные предположения», которые так раздражают академика Круглякова, относились к пониманию физиологической сущности феномена

Так было и в описанном случае. Мы пригласили ребят и попросили их выполнить разработанные нами задания.

Не буду описывать все детали — желающие могут найти их в упомянутой выше научной статье. Результат: 100 процентов правильных ответов! Таким образом, мы установили, что феномен существует, и хотя многое еще остается неясным, этим интересно заниматься и это надо исследовать.

Естественно, коль скоро было выполнено определенное научное исследование, мы направили его описание и выводы в печать. Статья была в целом спокойно принята физиологами, но наделала много шума в других областях науки. Думаю, спокойствие физиологов объяснялось тем, что, во-первых, они в силу своей специальности с уважением относятся к возможностям мозга человека, а во-вторых, похожие вещи уже и раньше описывались.

Например, еще Гельмгольцем было введено понятие цветовой температуры, и он показал, что есть люди, которые видят пальцами именно за счет изменения цветовой температуры. О способности видеть с закрытыми глазами много писали и в шестидесятые годы. Академик Б.П.Константинов организовал тогда в Физтехе группу по исследованию этого явления. Ученые ничего не обнаружили, однако, как рассказывал руководитель этой группы, сам Константинов тем временем научился различать костяшки домино с обратной стороны.

Нынешний феномен был нами серьезно проверен в условиях, полностью исключающих возможность тривиального подглядывания. Если бы этого сделано не было, не было бы дальнейших исследований и статьи. «Предварительные предположения», которые так раздражают академика Круглякова, относились к пониманию физиологической сущности феномена. Известно, что не все существующие явления поддаются объяснению, что нередко не мешает их практическому применению. Однако размышления о возможных объяснениях, сделанные именно как предположения, вполне допустимы в экспериментальной работе. Это интересно как альтернативное зрение, но если это что-то другое, это тоже интересно. Важно также, что дети с серьезными дефектами зрения, похоже, видели альтернативным способом лучше, чем «напрямую». Может быть, это даст шанс помочь слабовидящим. Но как его реализовать? Если пилотное исследование можно выполнить «на коленке» и на энтузиазме, то для организации серьезных работ нужно специальное финансирование.

Академик Кругляков умело редактирует историю, и она становится просто «страшилкой»

В воздухе запахло деньгами (к сожалению, не для нас). Этого было достаточно для интереса со стороны Комиссии по лженауке. И началась критика. Академик Кругляков умело редактирует историю, и она становится просто «страшилкой». Здесь присутствуют и передергивание, и прямая ложь. Нужно не знать историю моей семьи (не говоря уже о тексте письма, так не понравившегося руководителю комиссии), чтобы вообразить, как я «активно предлагаю» работать со спецслужбами. Другое подозрение — в трате нами бюджетных средств — опять-таки не соответствует действительности, что доказывают финансовые документы.

В статье мы усматриваем и прямое оскорбление. Коллектив авторов, включающий членов РАН, членов международных академий и обществ, причислен к «околонаучным шулерам» и «аферистам». Хочу заметить, что оскорбления начинаются тогда, когда эмоции берут верх над разумом или когда не хватает аргументов. В принципе это может служить поводом для разбирательства в суде, но я вовсе не хочу углубляться в юридические аспекты дела. Гораздо более важным для меня является соблюдение внутриакадемической этики. Все мы принадлежим к уникальному сообществу, каким является Российская академия наук, что накладывает серьезные обязательства на каждого из нас. И самым малым из них является уважение друг к другу и работе коллег.

Пока не существует не только теории, но и правдоподобной гипотезы о том, как работает целостный мозг

И в конце небольшое отступление, несколько слов о моей области науки, которую я бесконечно люблю и которой посвятила всю свою жизнь. Известно, что в свое время множество теорий крупнейших физиков оказались несостоятельными и были опровергнуты по мере развития науки. Однако без этих заблуждений, которые тем не менее достаточно серьезно обсуждались, не было бы построено современное здание физики. Сейчас наука активно исследует другое предельное состояние материи: чрезвычайно сложное сообщество огромного числа взаимодействующих объектов, каждый из которых имеет сложнейшую структуру. Это мозг человека, в котором около 10 миллиардов нейронов!

Пока не существует не только теории, но и правдоподобной гипотезы о том, как работает целостный мозг. Да, мы уже многое знаем о деталях его работы. Но целостная мозаика далека от завершения. Один из примеров: нейрон генерирует импульсы с частотой около 20 в секунду. Скорость взаимодействия — миллисекунды. Так каким же образом такая медленная система обеспечивает такую гигантскую скорость обработки информации? Скорее всего, такое усложнение объекта неизбежно должно привести к появлению новых свойств.

Мы не знаем пределов возможностей мозга, не знаем и того, как модифицируются физические законы применительно к такой сложной материи. Поэтому если возникает нечто непонятное, это необходимо исследовать. Не существует априорных критериев правильности или неправильности гипотезы или эксперимента. Для понимания принципов функционирования мозга необходимы новые теории, смелые идеи и нестандартные эксперименты, конечно, наряду с планомерной, так называемой рутинной работой. Ученый, достигший определенного уровня, должен иметь право и возможность проводить исследования в выбранном им направлении, даже если оно далеко не всем кажется перспективным и правильным.

С уважением, академик Наталья Бехтерева.
«РОССИЙСКАЯ ГАЗЕТА» 26.06.2003
http://www.rg.ru/prilog/nauka/03-06-25/2.shtm

Бехтерева Н.П. На все науки цензор? // «Академия Тринитаризма», М., Эл № 77-6567, публ.12009, 29.04.2005
http://www.trinitas.ru/rus/doc/0016/001b/00160160.htm